Читаем без скачивания В тени и мраке [СИ] [любительский перевод] - Барб Хенди

      Она повернулась к свободному пространству в комнате и положила свиток на пол. Чейн положил журнал на кровать.

      - Как это работает? - спросил он.

      Она протянула ему пустой футляр от свитка. Он был не чужд магических тайн, но мантическое зрение было не обычными уроками этого мастерства. С момента своей так называемой успешной попытки, побочные эффекты, оставшиеся после этого не покидали её и в последствие оно никогда не работала хорошо.

      - Это не то, что ты делаешь. - сказала она. - Тут больше всего нужно намерение и желание сосредоточиться... это трудно объяснить.

      И она не любила, особенно без Мальца, вызывать зрение. Когда она подняла голову, Чейн стоял перед ней, скрестив руки на груди.

      - У меня больше нет аргументов. - предупредила она.

      Он отступил на шаг, давая ей место, чтобы расстелить свиток на полу.

      Винн освободила свой разум. Домин иль'Шанк обучил её некоторым приёмам, не таким как ритуалы или заклинания, но некоторым из их атрибутов. Но даже это не могло помочь ей избавиться от последствий потом. Правым пальцем Винн начертила на полу знак элементарного Духа, а затем заключила его в круг.

      Винн закрыла глаза.

      Она сосредоточилась, не давая миру наполнить её своим присутствием, и пыталась почувствовать след Духа во всём, начиная с себя.

      Винн призвала образ Мальца, который она видела своим магическим взглядом. Всё его тело было заключено в белые клубы, похожие на пламя, которые расходились от его фигуры и его шерсть словно сделанная из миллионов шёлковых нитей.

      Моменты тянулись один за другим.

      Боль в коленях угрожала её концентрации.

      Она старалась держать перед собой образ Мальца... держать его в центре символа Духа. Тут пришло головокружение и тошнота.

      - Винн?

      Она чувствовала, как будто она падает, и выставила перед собой руки. Винн ударилась о жёсткий и противно холодный камень, но всё-таки не ударилась об него лицом. В испуге Винн открыла глаза.

      Тошнота покатила к его горлу, и девушка прикрыла рукой рот.

      Полупрозрачный белый туман, пронизывал всё в её комнате. Он охватывал всё, что видело её нормальное зрение...

      - Винн!

      Она подняла руку и слабо помахала Чейну, не смев посмотреть на него. Она не хотела видеть его таким взглядом. Поворачивая голову в другую сторону, она заметила голубоватый свет, который почти ослеплял её.

      По этим блеском была заметна чёрная шерсть Тени. Дух в ней светился ярче всего в комнате. Но там где отец Тени светился пламенем, сама Тень почти ослепляла, что причиняло боль глазам Винн.

      Тень опустила голову, посмотрев на Винн яркими, словно отражающими солнечный свет камнями, а затем коснулась щеки Винн влажным носом.

      Тут в поле её зрения попал Чейн.

      Винн отпрянула от него и уставилась в шоке.

      Ещё когда она в самый первый раз призывала зрение, она видела тени. Чёрные ленты текли сквозь плоть Магьер. И Вордана будучи ходячим трупом колдуна, был чисто чёрным внутри. Вся туманная энергия обтекала его и поглощалась его тёмным силуэтом.

      И Чейн...

      Он пришёл ради неё, когда она была загнана Ворданой в угол городской кузницы. Она не видела туманного сияния Духа и он был абсолютно чёрным внутри.

      Но теперь он был просто Чейном.

      Не существовало никакой тьмы и даже тени. Он выглядел так же как и прежде, словно она смотрела на него обычным взглядом.

      - Ты в порядке? - спросил он и присев рядом, стал изучать её лицо и глаза. - Это сработало?

      Его внешний вид, так же нетронутый Духом, обеспокоил Винн. Она взглянула на его левую руку, которой он упирался в пол.

      Кольца не было.

      Она не помнила, чтобы он скрывал его, и знала, что он не стал бы этого делать, скрываясь от Тени. Тошнота подкатила к горлу, и она снова прикрыла рот.

      - Да... это сработало. - выдавила она.

      Её взгляд по-прежнему двоился, кружилась голова, и накатывали приступы тошноты. Тут ей стало интересно, сможет ли она увидеть, что-либо еще, если посмотрит на свиток.

      Он не было полностью чёрным больше.

      Чернила, которыми был покрыт свиток стали прозрачными с тонкой дымкой сине-белого. Из чего бы они не были сделаны, но даже спустя века, они носили следы элементарного Духа.

      В этой дымке проявлялись и лишённые таких следов письмена.

      - Я вижу их. - прошептала она.

      - Что там? - спросил Чейн.

      - Это суманский. - выдохнула она. - Старый суманский... я так думаю.

      Но эти закрученные символы не были такими, как и в других текстах. Короткие линии равномерно шли по широкому правому краю Написанные справа налево они казались беспорядочными. И строки текста оказались разбиты на строфы разной длинны.

      - Похоже на стихотворение. - прошептала она. - Но диалект... я не могу разобрать о чём тут говориться.

      Она попыталась разобрать несколько слова, которые показались ей смутно знакомыми.

      - Дети... двадцать шесть шагов... чтобы скрыть... пять углов? - бормотала Винн. - Чтобы затаиться среди... пустоты.

      Она пробежала глазами вдоль страницы в недоумении от того насколько мало она смогла перевести. На мгновение эти чёрные символы сдвинулись и размылись под её взглядом.

      - Использует свои... под горой... ведает песню господина?

      Тёмные знаки снова размылись, хотя она и не двигалась. Желудок Винн сжался. - Мой журнал. - простонала она, качнувшись вперёд. - Дай мне, чтобы записать это. Быстро!

      Она сделала три глубоких вдоха, прежде чем почувствовала, как Чейн берёт её за руку и вкладывает в неё перо. Она подняла голову, когда рядом со свитком появился чистый лист бумаги. Винн начала писать, даже и не пытаясь больше разобрать эти слова, а Чейн помогал ей каждый раз макать перо в чернильницу. Она должна была сохранить чёткое зрение.

      'Дети' должны были быть теми же, что и в переводах, но что значило 'двадцать шесть шагов', 'скрыть' и 'пять углов'? Единственное что она вспомнила, что возлюбленный иль'Самар, нашёл убежище, когда его 'дети' разделились... Под горой?

      Хассаун было суманским именем и как один из товарищей Ликэн возможно написал эту загадочную работу. Но почему он спрятал её под чернилами? Или кто-то другой сделал это позже? Почему он не уничтожил его, а скрыл письмена, чтобы никто не прочитал?

      Тошнота снова стала душить Винн, и Чейн схватил её за руку.

      - Достаточно. - сказал он. - Этого достаточно.